Каким был 2025 год для Америки? Я бы назвала его годом больших начинаний и неисполненных надежд. Как и всегда, политики много обещают — и далеко не всё из этого становится реальностью.

Общие итоги года в большой политике подведут политологи и аналитики. Я же остановлюсь на тех сферах, с которыми работаю много лет и которые наблюдаю изнутри: образовании, здравоохранении и иммиграции.

Начну с образования — потому что именно там в 2025 году федеральная политика впервые за десятилетия затронула саму архитектуру системы, а не отдельные программы или инициативы.

Каким был 2025 год для образования в США?

Безусловно, главное событие года — впервые за десятилетия на уровне действующей администрации был всерьёз запущен процесс демонтажа Министерства образования США (Department of Education). Дональд Трамп в ходе предвыборной кампании и после вступления в должность неоднократно заявлял о намерении ликвидировать ведомство, передав его функции штатам и другим федеральным агентствам. В 2025 году эти заявления перешли из риторики в практику: в марте он подписал указ о реформе, которая включала сокращения полномочий департамента, начаты кадровые сокращения и подготовка к перераспределению отдельных программ.

Многие тут же поторопились заявить, что Министерство «закрыто». Но, как я и писала, не в силах президента сделать это одним росчерком пера: для этого требуется решение Конгресса, которого в 2025 году принято не было.

Не вынесли на федеральный уровень и идею о ваучерах на образование, в соответствии с которой родители могут сами выбирать школу для своего ребенка — государственную, частную или домашнюю. И, если бы они выбрали частную школу, они имели бы право взять те деньги, которые выделяются на образование из федерального и местного бюджета, и оплатить ими обучение. Эту идею Трамп активно форсировал во время своего первого президентского срока, справедливо считая, что конкуренция за финансы подстегнет и улучшит уровень образования; ожидаемо, администрации госшкол и профсоюзы учителей резко воспротивились это идее. Казалось бы, сейчас, пока Конгресс под республиканцами, Трамп мог попытаться вновь к ней вернуться — но нет.

Итог: Министерство образования не закрыли, но весь год оно фактически работало в режиме суженных функций и ожидания дальнейших решений.

На уровне финансирования ситуация также изменилась. Белый дом сократил помощь из федерального бюджета тем школьным округам и колледжам, где есть программы DEI (разнообразие, равенство и инклюзивность), после чего ожидаемо начались судебные процессы. В феврале 2025 года Министерство образования США разослало письмо, в котором дало школам и колледжам 14 дней на выполнение требования прекратить «дискриминационную практику, связанную с DEI». Кроме того, Министерство образования также сократило гранты на $600 млн для тех организаций, которые готовят учителей в соответствии с концепциями DEI.

Проблема в том, что в очередной раз федеральные требования противоречат местным законам штатов. Только в 11 штатах на данное время существуют анти-DEI законы. В 22 штатах обсуждаются законопроекты на эту тему. Во всех остальных программы «разнообразии и инклюзивности» присутствуют в том или ином виде.

А вот что уже точно попало под нож — это программы ESL/ELL (English as a Second Language, дополнительные занятия для детей-билингвов). Часов языковой поддержки, количество специалистов ESL и дополнительных академических сервисов для детей из иммигрантских семей станет меньше, а финансовая нагрузка за оказание этих образовательных услуг ляжет на местные власти.

В результате образовательный разрыв между штатами усилится: политика, финансирование и приоритеты всё заметнее зависят теперь не от федеральных стандартов, а от решений и бюджетов конкретных штатов и школьных округов.  

В июне администрация Трампа неожиданно заявила об отмене почти $6,8 млрд  федерального финансирования для школ K-12. Причем сделано это было за день до того, как, согласно закону, должно было начаться поступление средств (ежегодно 1 июля штаты получают основную часть федеральных средств на образование, выделенных Конгрессом на предстоящий учебный год для школ K-12). 

Тысячи школьных округов и десятки штатов, которые рассчитывали на эти средства для покрытия заработной платы сотрудников, контрактов с поставщиками, учебных материалов, технологического оборудования и других приоритетных нужд, оказались в растерянности. Примерно через месяц подавляющее большинство этих средств было разморожено. Но из-за таких вот качелей руководство школьных округов провело год в неопределенности относительно стабильности множества образовательных программ.

Отдельным пунктом образовательной повестки 2025 года стал вопрос участия спортсменов-трансгендеров в женском спорте.

В феврале 2025 года президент Дональд Трамп подписал соответствующий исполнительный указ, запрещающий участие трансгендеров в женских соревнованиях в рамках образовательных программ, получающих федеральное финансирование. Он обещал это сделать во время своей предвыборной кампании — и сделал. Формально указ обязывает федеральные ведомства, включая Министерство образования США, применять принцип биологического пола при интерпретации правил допуска к женским спортивным категориям и допускает санкции вплоть до потери федерального финансирования для образовательных учреждений, не соблюдающих эти требования.

Однако на практике реализация указа столкнулась с рядом ограничений. Конгресс не принял соответствующий федеральный закон, который бы закрепил эти правила на законодательном уровне: Законопроект о запрете участия трансгендеров в женском спорте прошёл Палату представителей, но не получил поддержки в Сенате. Часть мер была оспорена в судах, в том числе с аргументами о возможном конфликте с действующим антидискриминационным законодательством, включая нормы Title IX.

Реальные случаи прекращения финансирования школ или университетов в 2025 году носили ограниченный и спорный характер, а в ряде штатов применение федеральных директив было приостановлено или обжаловано.

Отдельной новостью — увы, грустной — стали результаты национальной образовательной оценки (NAEP), опубликованные в 2025 году. Они стали худшими за 20 лет и показали, что уровень чтения и математики у школьников по-прежнему не вернулся к допандемийному уровню. Только 28% учеников 8-х классов показали достаточный уровень знаний по математике на последнем тестировании NAEP. Наиболее серьезные последствия наблюдаются в районах с низким уровнем дохода, где закрытие школ, хронические прогулы и нестабильность кадров усугублялись со временем. Ключевым фактором этих результатов является усугубляющаяся нехватка учителей.

На сегодняшний день по всей стране более 400 000 классов либо пустуют, либо в них работают учителя, не соответствующие государственным требованиям к квалификации. Это особенно актуально для учителей специального образования, которые работают с учениками с индивидуальными планами обучения.

Конечно, многие из проблем американского образования существовали давно. И это уже не временная неудача. Это структурный сбой, требующий системных решений, которые пока не приняты.

Пандемия COVID-19 усугубила проблемы и для педагогов, родителей и школьников стала кошмаром, а вот для политиков — благом: все нерешенные задачи, образовательный регресс можно было легко списать на пандемию. Собственно, этим и занималась предыдущая администрация Байдена: два года пандемии, два года «последствий», какие могут быть претензии к властям? Администрации Трампа такая отговорка уже не подходит, а груз проблем только увеличился.

Что же касается высшего образования, то в апреле 2025 года одним из указов Трамп ограничил иностранные пожертвования колледжам. Администрация может лишить университеты федеральных грантов, если они не подчинятся новым требованиям. Теперь как высшие учебные заведения, так и научно-исследовательские учреждения обязаны полностью и своевременно раскрывать «истинный источник и цель иностранного финансирования».

Уже существующий федеральный закон требует, чтобы колледжи и университеты раскрывали подарки или контракты на сумму 250 000 долларов или более от иностранных организаций, но предыдущие администрации не особо следили за соблюдением этих требований.

Только около 300 из примерно 6000 учреждений США ежегодно самостоятельно отчитываются о деньгах, полученных из других стран, иностранных фондов или спонсоров.

Вузы обязаны не только раскрыть источники финансирования властям, но и сделать их публичными, доступными общественности. Кроме того, руководство университетов должно сотрудничать с генеральным прокурором и соответствующими департаментами в проведении аудитов. В случае, если колледжи откажутся соблюдать эти требования, власти могут лишить их определенных федеральных грантов.

В 2025 году Белый дом расширил практику отзыва студенческих виз, особенно среди иностранных студентов, связанных с протестами в университетских кампусах в поддержку Палестины. С января 2025 года власти США аннулировали тысячи виз студентов и недавних выпускников в разных регионах страны. В штате Техас более 600 иностранных студентов и выпускников получили уведомления об отзыве их виз, зачастую без объяснений со стороны федеральных властей. В Калифорнии администрация отменила визы студентов и аспирантов крупнейших вузов, включая UCLA, UC San Diego, UC Berkeley, UC Davis и Stanford.   

Администрация Трампа жестко выступила против тех, кто почти два года безнаказанно митинговал и устраивал антисемитские погромы в колледжах, прикрываясь «защитой Палестины». Белый дом дал этому четкое определение: участие в протестах, нарушениях порядка или поддержке терроризма может быть основанием для отзыва визы или начала депортационных процедур.

Впрочем, администрации колледжей назвали это «войной с наукой» (со времен пандемии все принято прикрывать «наукой»), свободой слова и самовыражения. Погромы на кампусах прекратились, как и массовые акции протеста, но идеология никуда не делать — она просто ушла в лекционные залы, а уровень антисемитизма в американских колледжах не снизился. Наоборот, теперь он получил мученический ореол борьбы за свободу слова, а это всегда привлекает юные неокрепшие мозги. 

Гарвард и другие крупные университеты еще весной подали иски против администрации Трампа, утверждая, что действия федеральных властей (ограничение грантов, требования отмены DEI, запрет на прием иностранных студентов, депортация про-палестинских митингующих) незаконные и нарушают права вузов. В дополнение к корпоративным искам университетов и профсоюзов, сейчас инициировано более ста отдельных судебных дел в связи с действиями Белого дома по отзыву студенческих виз. Суды по ряду таких дел уже вынесли временные запреты на отмену виз.

Одним из самых громких эпизодов противостояния Белого дома и колледжей стало дело Махмуда Халиля, выпускника Колумбийского университета. На кампусе Халиль руководил деятельностью, связанной с ХАМАС, признанной террористической организацией». Власти арестовали его и попытались депортировать, правозащитники (при поддержке фонда Сороса) встали на дыбы и сделали из него икону борьбы за свободу слова. Суды тянулись несколько месяцев, принимая то одну, то другую сторону. В результате Халиль был освобожден из депортационной тюрьмы под залог, его грин-карта так и не была аннулирована (и, скорее всего, уже и не будет). Зато Халиля поддержали конгрессвумен Александрия Окасио-Кортес и новоизбранный мэр Нью-Йорка Зохран Мамдани, так что я уверена: мы еще услышим о нем в большой политике. 

В целом, 2025 год стал для системы образования в США годом институциональной неопределённости и административных изменений, прежде всего на федеральном уровне. Можно смело зафиксировать разрыв между подписанными указами и их реализации по всей стране. Громкие заявления были красивыми, но по факту многое увязло в бюрократических и судебных разбирательствах.