Галя, у нас шатдаун. Конгресс не смог согласовать бюджет на 2026 год, и часть госучреждений вынуждена «закрыться до лучших времен».

Камень преткновения — расширенная медицинская помощь, куда входит и оплата услуг для нелегалов. Республиканцы против, демократы — за.

Приостановка работы правительства США — временная ситуация, когда партиям в Конгрессе не удаётся согласовать финансирование деятельности государственных органов. 

Что это значит на практике для обычного американца? Сотни тысяч госслужащих отправлены в неоплачиваемый отпуск, часть работает без зарплаты (например, контролёры в аэропортах). Национальные парки будут закрыты. Иногда формально вход не запрещён, но парковки, туалеты и сервисы не работают, а за безопасность никто не отвечает. Закроются и федеральные музеи (например, Смитсоновские музеи в Вашингтоне и Национальная галерея искусства), а вот местные и частные (как Метрополитен в Нью-Йорке или Чикагский институт искусств) работают как обычно, они финансируются не из федерального бюджета. Социальные выплаты частично остаются: пенсии и медицинская госстраховка будут, но новые заявки и обращения могут зависнуть. Авиасообщение и почта продолжают работать в прежнем режиме, это критическая инфраструктура. Но с оформлением новых документов, выдачей паспортов и виз будут проблемы.

Важный вопрос для многих иммигрантов — ICE, иммиграционная служба. Ее работа не останавливается: рейды, аресты и депортации идут по плану, центры содержания мигрантов (detention facilities) будут функционировать. При этом иммиграционные суды (EOIR) продолжат слушания лишь по неотложным делам (например, у задержанных), а рассмотрение дел тех, кто на свободе, откладывается. Если иммигрант уже подал заявку на изменение статуса (Change of Status) в USCIS и оплатил сборы — дело продолжат обрабатывать, хотя возможны задержки. Если процесс требует взаимодействия с другим агентством (например, сертификат от Минтруда, интервью в консульстве) — могут быть паузы.

Для иммигрантов шатдаун скорее означает задержки в «бумажной» части (оформление документов, виз, рабочих разрешений), но никак не паузу в депортациях.

Министерство труда (DOL) откладывает сертификации для рабочих виз (H-1B, PERM). Налоговое ведомство (IRS) ставит «на паузу» обработку данных и запросов граждан. Научные и статистические агентства могут замедлить обработку и публикацию данных о погоде, инфляции и т.д. Часть выплат по госгрантам и программам поддержки и прием новых заявок «замораживается».

Все военные продолжают службу. Их нельзя «отпустить домой», даже если нет бюджета. Но бывает, что зарплату задерживают, и люди работают «в долг», пока Конгресс не примет финансирование. Потом обычно деньги выплачиваются задним числом. Сотрудники федеральных правоохранительных органов — ФБР, DEA, пограничники, тюремные охранники — тоже на посту. Их работа считается «essential» (жизненно важной для безопасности). Местная полиция и пожарные финансируются на уровне городов и штатов, а не из федерального бюджета, поэтому от шатдауна вообще не зависят и продолжают работать, как обычно.

То есть повседневная жизнь не останавливается — почта, полиция, больницы работают. Но всё, что связано с «федеральной роскошью» (парки, музеи, гранты, документы) начинает буксовать.

Шатдаун в США — явление не новое. Как метод политического давления их начали использовать еще в 1970-е годы, когда появились первые серьёзные конфликты между Конгрессом и Белым домом по поводу бюджета.

Первый официальный шатдаун был в 1976 году при президенте Форде и продлился он 10 дней. Причина — спор по финансированию Министерства труда и здравоохранения. В 1977 году при Картере — сразу три шатдауна подряд (сентябрь–октябрь). Каждый длился от 8 до 12 дней. Причина — разногласия по поводу абортов в рамках Medicaid. В 1978-м, при том же Картере, случился шатдаун на 18 дней. Вопрос — оборонные расходы. В 1979-м, опять-таки при Картере, правительство закрылось на 11 дней. На этот раз спорили о поднятии зарплат конгрессменам. В целом на президентский срок Картера пришлось пять шатдаунов.

Но рекордсменом по спорам с Конгрессом является Рейган. При нем шатдауны случались регулярно — он был президентом в 1981–1989 годах, и за это время их было восемь. Все шатдауны при Рейгане были короткими (от 1 до 3 дней), потому что тогда Конгресс и Белый дом быстро находили компромисс. Их частота показала: это стало инструментом давления в политике.

В 1990-м при Буше-ст. шатдаун длился 3 дня, спорили о налогах и дефиците бюджета. В годы президентства Клинтона (1993–2001) случилось два шатдауна (но один из них — очень «громкий» и долгий, длился 21 день). В 2013 году шатдаун при Обаме продолжался 16 дней. Республиканцы пытались заблокировать финансирование реформы здравоохранения (Obamacare), но в итоге ее все-таки удалось пропихнуть.

В первую каденцию Трампа было два шатдауна, в 2018 и 2019. Первый длился три дня и его причиной сталспор о программе для «dreamers» (программа Обамы для нелегалов, которых привезли в США еще детьми). А второй — из-за финансирования стены на границе с Мексикой — продлился 35 дней и стал самымдлинным в истории Америки.

Ни одного шатдауна не было при Буше-мл. и Байдене. В каденцию Байдена (2021–2025) не раз доходило до «края», и Конгресс принимал временные резолюции (continuing resolutions), чтобы избежать остановки работы правительства.

По количеству шатдаунов лидер — Рейган (8 раз). По длительности лидер — Трамп (35 дней). По «эффекту» запомнились Клинтон (1995–96), Обама (2013) и Трамп (2018–19).

Трамп не раз говорил, что во многом видит в Рейгане пример и и сознательно ставит себя с ним в один ряд. Даже слоган «Make America Great Again» изначально не трампистский, а республиканский лозунг времён Рейгана (1980). Трамп прямо унаследовал его. Если мерить «по Рейгану» (8 шатдаунов за два срока), то Трампу «осталось» ещё пять, чтобы сравняться.