Наконец дочитала невероятную по количеству информации и объёму книгу Скотта Хортона Provoked: How Washington Started the New Cold War with Russia and the Catastrophe in Ukraine — и это, пожалуй, одна из самых масштабных, детальных и тревожных книг о современной геополитике, написанных за последние годы.

Это огромный труд: примерно 690 страниц, около 7 900 цитат и более 6 600 ссылок на источники; по сути, это не просто публицистика, а справочник по американско-российским отношениям после 1991 года. Хортон буквально вываливает на читателя весь массив документов, мемуаров, статей, выступлений, отчётов, интервью и даже внутренних переписок американских дипломатов. Написано, впрочем,  легким и доступным, не академическим языком. 

Скотт Хортон — американский журналист, радиоведущий из Техаса, политолог, либертарианец и директор Libertarian Institute. Он более двадцати лет освещает войны США — от Ирака и Афганистана до Украины — и известен своей принципиальной антивоенной позицией. Его подход — юридический и фактологический: он раскладывает по полочкам, кто, где, когда и зачем принимал решения, которые шаг за шагом привели к нынешней катастрофе. Хортон утверждает, что общепринятый в западных мейнстримных медиа нарратив «однажды Путин проснулся и сошел с ума, начав неспровоцированную (unprovoked) войну» — ложный; война на Украине стала кульминацией политики расширения НАТО и вмешательства во внутренние дела постсоветских стран, из-за чего Россия была спровоцирована (Provoked) к жёсткому ответу, хотя было много возможностей не доводить ситуацию до полномасштабной войны.

  

Книга разбита на несколько крупных разделов: о нарушенных обещаниях 1990 года (расширение НАТО), о цветных революциях, войнах на Кавказе, поддержке исламских террористов, Майдане, Минских соглашениях и о том, как США и Великобритания блокировали реальные возможности для мира; о Трампе и Russiagate, о провале дипломатии и о приближении новой мировой войны. Для тех, кто интересуется политикой и историей, в книге вряд ли будут какие-то неожиданности; главное то, что каждое утверждение Хортон подкрепил ссылкой.

Реакция «американского истеблишмента» интересная. Мейнстримные медиа книгу… проигнорировали. Хотя, казалось бы, вот она — идеальная возможность поспорить, доказать, что Россия сама во всем кругом виновата (собственно, как ежедневно они внушают это своим читателям и зрителям). Престижное военно-учебное заведение — U.S. Army War College — опубликовало рецензию, где книгу Хортона называют «обязательной к прочтению для военных профессионалов, которые хотят понять, как США и Россия подошли к краю войны», и фиксируют его «иконоборческий» тезис: во всём виноват именно двухпартийный консенсус Вашингтона, а не одна только Москва. Отмечено, что это взгляд, который бросает вызов привычному нарративу и требует критического чтения, но признаёт, что книга богата источниками и важна для понимания контекста.  

С другой стороны, «анти-истеблишментный» лагерь встретил книгу очень тепло. Консервативный Mises Institute, американский исследовательский центр (think tank), считает: Хортон убедительно показывает, что США сознательно шли по линии провокаций, прекрасно понимая, что расширение НАТО и давление приведут к враждебной реакции России, и что «Provoked» даёт тот исторический фундамент, которого не хватает нынешней дискуссии о войне. Quincy Institute, где собраны умеренные реалисты и антивоенные эксперты, тоже подаёт книгу с уважением: как скрупулёзный разбор того, что это не просто «реваншистская Россия», а итог десятилетий американской политики изоляции и ослабления постсоветского пространства.

Книгу публично поддержали влиятельные американские реалисты и антивоенные интеллектуалы (словом, все те, кого порицают мейнстримные медиа и кого хвалят МАГА-идеологи). Среди них — Джон Миршаймер, профессор Чикагского университета, автор концепции «офенсивного реализма» и, пожалуй, главный геополитический мыслитель, который предупреждал: «Расширение НАТО приведёт к войне». Сенатор Рон Пол — ветеран, республиканец, известный поддержкой МАГА-идей. Полковник Дуглас Макгрегор, бывший советник Пентагона и один из самых уважаемых военных аналитиков, написал, что Хортон «собрал доказательства того, что всё, что мы видим сегодня, — результат долгого самообмана Вашингтона». Судья Эндрю Наполитано, бывший федеральный судья и комментатор Fox News, подчеркнул: «Это книга, которую должен прочитать каждый американец, чтобы понять, кто действительно спровоцировал войну». Полковник Дэниел Дэвис, отставной офицер армии США, заявил, что Хортон проделал «работу, которую должны были сделать Конгресс и пресса».

Американская публика книгу в целом оценила хорошо. На сайте Goodreads средний рейтинг примерно 4,5 из 5, её хвалят за глубину и детализацию, но иногда ругают за «учебниковую» структуру и идеологическую предвзятость. Рейтинг на Amazon примерно такой же — 4,8 из 5. В либертарианских и антивоенных пабликах её называют «лучшим введением в историю провокаций против России». На Reddit книгу рекомендуют чуть ли не как обязательную. Конечно, в более мейнстримных политических дискуссиях нередко отмахиваются от книги как от «российской пропаганды».

То есть классический случай: те, кто и так критиковал американскую внешнюю политику, получили свою энциклопедию, те, кто придерживается официального нарратива, чаще всего даже не пытаются с ней разбираться. Потому что сделать это трудно — каждое утверждение автора подкреплено ссылкой на тот или иной факт или цитату.

Книга вышла в 2024 году и заканчивается избранием Дональда Трампа на второй президентский срок. Хортон сейчас все чаще в своих подкастах обсуждает уже «послевоенную» повестку: перспективы переговоров, усталость европейских элит, секретные наброски мирных планов, и особенно — возможную роль Трампа. Он приходит к довольно трезвому выводу: шанс на мирный договор теоретически есть, но нынешний  истеблишмент сделает всё, чтобы любой президент не вышел за рамки линии «никаких уступок Москве».  

Тем, у кого есть возможность, очень рекомендую заказать книгу на Амазон. На русском языке книга еще не вышла (и, честно говоря, не знаю, есть ли такие планы); поэтому я сама перевела несколько глав, чтобы дать возможность читателям получить представление об одной из самых интересных политических книг последнего времени.  

Дисклеймер: все, что ниже — исключительно перевод, без каких-либо моих комментариев и эмоциональных правок.  Все цитаты и упоминания других авторов переведены в точном соответствии, так, как написано в книге (ссылки на них в книге есть). Все права на книгу принадлежат ее автору, разумеется.

Часть первая.

Об обещаниях о нерасширении НАТО

Советы согласились на объединение Германии, потому что союзники пообещали, что не будут расширять НАТО на восток ни внутри Германии, ни за её пределами. Конечно, последующие администрации и партийные сторонники отрицали это, иногда утверждая, что такого обещания никогда не было, или что оно касалось только территории Германии, но не всей Восточной Европы — или это обещание вовсе не считается, потому что не было оформлено письменно.

Однако в 2017 и 2018 годах в Архиве национальной безопасности при Университете Джорджа Вашингтона были открыты документы, подтверждающие, что записи, сделанные американской и союзной стороной во время переговоров, действительно доказывают наличие этих устных заверений со стороны Запада. The New York Times, которая сначала отказалась публиковать эти материалы, позже сменила позицию и стала утверждать, что, поскольку это не было записано в формальном договоре, никакого соглашения не существовало.

Аналогично, официальный сайт НАТО настаивает, что «никакого подобного обещания не давалось, и доказательств, подтверждающих заявления России, не существует». Более того, даже признавая очевидное, они добавляют: «Личные заверения отдельных лидеров не могут заменить консенсус Альянса и не представляют собой официальное соглашение НАТО». Но именно это и демонстрирует лицемерие официальной позиции: ведь США и СССР регулярно заключали неформальные устные договорённости — «на рукопожатии» — во время первой холодной войны.

Одним из самых известных примеров была договорённость президента Кеннеди после Карибского кризиса 1962 года: США обязались убрать ракеты из Турции и не вторгаться на Кубу в обмен на то, что СССР вывезёт ракеты с Кубы. Эти договорённости, хотя и не были оформлены письменно, стали одним из ключевых эпизодов всей Холодной войны. И все знали, что именно так закончился кризис.

Учёный Джошуа Шифринсон отмечает, что неформальные соглашения играют важную роль в отношениях между государствами:«Если сказать просто — явные и кодифицированные договорённости не всегда необходимы или достаточны для того, чтобы стороны достигли договорённости и обеспечили политические гарантии». Он добавляет, что и в первой холодной войне, и в 1970-х годах негласные договорённости между США и Китаем против СССР строились именно на таких устных соглашениях. Многие историки, пишет он, игнорируют или упускают из виду подобные заверения, данные в 1990–1991 годах, а ведь они ясно свидетельствуют: «Само по себе изменение официальной позиции США ещё не означает, что обещание не расширять НАТО было недействительным». Если бы всё зависело только от подписей, «никакие содержательные обмены мнениями между высшими чиновниками были бы попросту невозможны». Иными словами, даже устные договорённости имеют вес, если они заключаются на уровне президентов и министров иностранных дел.

Советы имели все основания верить, что президент Джордж Буш и его окружение говорили серьёзно. Их обещания стали основой важнейших решений, которые советские лидеры приняли — вывести войска из Восточной Европы и согласиться на объединение Германии.

Джек Мэтлок, предпоследний посол США в СССР, вспоминал, что первое заверение по этому вопросу Советскому Союзу было дано лично президентом Бушем на встрече с Горбачёвым на Мальте в декабре 1989 года. Буш сказал: «Если страны Восточной Европы смогут сами выбрать своё будущее демократическим путём, Соединённые Штаты не будут “пользоваться преимуществами” этого процесса», подразумевая, что США не станут использовать ситуацию, чтобы втянуть эти страны в НАТО. Мэтлок добавил: «Очевидно, включение в НАТО стран, входивших в Варшавский договор, и было бы тем самым “воспользованием преимуществами”». Он писал также, что США дали Горбачёву «категорические заверения»: если объединённая Германия останется в НАТО, то НАТО не будет двигаться на восток. Буш тогда сказал, что «Соединённые Штаты останутся и после холодной войны европейской державой», но Мэтлок подчёркивал — если бы не произошло расширения НАТО, нынешнего кризиса бы не было.

31 января 1990 года министр иностранных дел Западной Германии Ганс-Дитрих Геншер выступил с публичной речью в Баварии, где изложил ту же позицию в вопросе объединения Германии. Американское посольство в Бонне сообщило в Вашингтон, что Геншер ясно заявил: «Перемены в Восточной Европе и объединение Германии не должны привести к ослаблению советских интересов в области безопасности. НАТО должно исключить расширение своей территории на восток, то есть в направлении советских границ». Он предложил вместо этого создать «кооперативные структуры безопасности» для всей Европы. Геншер также подчёркивал необходимость партнёрства «между Востоком и Западом» через СБСЕ (Конференцию по безопасности и сотрудничеству в Европе), членом которой уже был СССР, вместо устаревшего НАТО. Геншер обещал, что объединение Германии будет происходить в рамках СБСЕ, «чтобы не было сдвига баланса сил и дестабилизации в Европе».

После встречи с министром иностранных дел ФРГ Геншером 2 февраля 1990 года Бейкер (Джеймс Бейкер, американский дипломат, государственный секретарь в администрации Буша-ст. в 1989-1992 гг.) и Геншер провели совместную пресс-конференцию. Геншер подтвердил, что обе стороны согласны: объединённая Германия должна оставаться в составе НАТО, но при этом «нет намерения расширять зону обороны НАТО на восток». Он добавил: «Это относится не только к территории ГДР, но и ко всем другим восточноевропейским странам. … Мы не намерены расширять нашу зону -зону обороны НАТО -на восток». Бейкер не возражал против этой формулировки. В отчёте Госдепартамента отмечалось: «Геншер подтвердил: объединённая Германия останется в НАТО, поскольку НАТО — важнейший строительный элемент новой Европы. Однако он вновь подчеркнул необходимость уверить Советский Союз, что юрисдикция НАТО не будет распространяться на территорию ГДР или где-либо ещё в Восточной Европе». В тот же день, как вспоминал начальник штаба Геншера Франк Эльбе, они встретились с Бейкером в Вашингтоне и «очень быстро пришли к взаимопониманию, что НАТО не будет расширяться дальше на восток». Это показывает, что ещё до начала переговоров западные лидеры уже продумали, как действовать, не вызывая ненужной реакции со стороны советских «ястребов», и давали Москве ранние заверения, что расширения не будет.

6 февраля 1990 года министр иностранных дел ФРГ вновь говорил о том же — теперь уже с Бейкером: «Когда он говорил, что не хочет расширения НАТО, это относилось не только к ГДР, но и к другим странам», — писал дипломат. — «Русские должны были получить уверенность, что если, например, Польша выйдет из Варшавского договора, она не вступит в НАТО». Британский министр иностранных дел Дуглас Херд с этим согласился.

В Москве в 1990 году Бейкер шесть раз повторил Горбачёву, что если Советский Союз выведет войска и позволит объединение Германии в рамках НАТО, то «альянс не будет расширяться на восток». Он спросил Горбачёва: «Вы предпочли бы видеть объединённую Германию вне НАТО, независимую и обладающую собственным ядерным оружием, или же в составе НАТО, но с гарантией, что НАТО не сдвинет свою юрисдикцию ни на дюйм на восток от нынешней позиции?» Горбачёв ответил: «Любое расширение зоны НАТО будет неприемлемо». Бейкер сказал: «Мы согласны». В тот же день на пресс-конференции Бейкер подтвердил, что США и СССР договорились: «Не будет расширения НАТО на восток — ни юрисдикции, ни вооружённых сил».

24 февраля 1990 года на встрече в Кэмп-Дэвиде Буш-ст. потребовал от Коля «не уступать ни в чём» и пообещать, что Германия не ослабит роль НАТО. «Меня беспокоит, — говорил Буш, — что Германия может захотеть выйти из НАТО. Мы победили, а они нет. Не позволим вырвать поражение из зубов победы».

На встрече МИД США, Великобритании, Франции и Германии 6 марта 1991 года германский представитель Юрген Хробог сказал: «Мы ясно дали понять, что в рамках переговоров 2+4 НАТО не будет расширяться за Эльбу. Мы не можем предложить членство в НАТО ни Польше, ни другим восточноевропейским странам». Американский дипломат Рэймонд Сайтц подтвердил: «Мы донесли до Советского Союза, что не будем использовать вывод советских войск из Восточной Европы в своих интересах. НАТО не будет продвигаться ни формально, ни неформально».

Немецкий журнал Der Spiegel в 2009 году, анализируя архивы, писал: «На Западе сделали всё, чтобы убедить СССР, что членство в НАТО невозможно для стран вроде Польши, Венгрии или Чехословакии».

Историк Роберт Мерри отмечает, что США и Запад «фактически обменяли» обещание не расширять НАТО на согласие СССР принять объединённую Германию. Но позже Вашингтон вывернул формулировки: «НАТО не будет двигаться на восток» — это, по сути, относилось лишь к ГДР, а не ко всей Восточной Европе.

Британский премьер Джон Мэйджор уверял министра обороны СССР Дмитрия Язова, что «ничего подобного (расширению НАТО) не произойдёт». Он добавил: «Мы не говорим о расширении НАТО, а о координации усилий между НАТО и Западноевропейским союзом». Тем не менее, уже тогда из Европейского сообщества начала формироваться новая наднациональная структура — будущий ЕС — где военная безопасность оставалась прерогативой американского блока.

В мае 1990 года генеральный секретарь НАТО Манфред Вёрнер заявил, что Советский Союз «не должен бояться» альянса, так как НАТО «не будет расширяться и не будет искать одностороннего преимущества». Это подтверждала резолюция 7 июня 1991 года: «Мы не будем проводить новые разделительные линии на континенте».

Позже Россия часто ссылалась на эти заявления как на подтверждение того, что Западу нельзя доверять.

Война в Югославии, НАТОвские бомбардировки Сербии и взаимодействие с албанскими боевиками  

Как выяснилось, так называемая «резня в Рачаке» в январе 1999 года, ставшая предлогом Клинтона для начала войны, была сфабрикована. Мадлен Олбрайт назвала её «моментом, который всё изменил». Однако позже стало ясно, что это была такая же ложь, как и утверждения о «геноциде».

При этом любой американский или британский скептицизм по отношению к Армии освобождения Косово (АОК/KLA) исчез — провокации боевиков подействовали.

Из Белого дома Клинтон заявил: «Не заблуждайтесь: если мы и наши союзники не действуем, последуют новые резни. Медлить перед агрессором — значит давать лицензию на убийство». Он добавил: «Мы видели невинных людей, которых заставляли вставать на колени в грязи, а потом расстреливали. Косовары, вырванные из семей, отцы и сыновья, связанные вместе и убитые выстрелом в голову».

Однако корреспондент Le Monde Кристоф Шатело, побывавший на месте, вскрыл ложь: 45 человек, найденных в Рачаке, были боевиками, погибшими в бою. Следствие показало, что они стреляли, у них были следы пороха на руках, а тела позже перенесли, чтобы инсценировать казнь. Тем не менее, СМИ — Washington Post, CNN и другие — продолжали тиражировать официальную версию Белого дома, называя случившееся «массовым убийством мирных жителей».

Вскоре после этого начались бомбардировки Югославии. Киссинджер называл «Рамбуйе» не переговорами, а ультиматумом: сербам предъявили неприемлемые условия, чтобы оправдать агрессию НАТО. Он писал: «Это был момент, когда Клинтон разрушил всю идею многосторонности, к которой его администрация якобы стремилась». Киссинджер также предупреждал, что использование НАТО без одобрения Совбеза ООН станет опасным прецедентом. Но Клинтон и Олбрайт заявляли, что «на кону репутация НАТО». Сенатор Джо Байден тогда говорил: «Мы должны показать, что НАТО готово применять силу. Репутация Альянса — на линии огня».

Клинтон объявил, что бомбардировки «приблизят мир». На деле же — они начали 78-дневную воздушную кампанию, унесшую тысячи жизней. Несмотря на заявления о «точечных ударах», НАТО систематически бомбило гражданские объекты — водоснабжение, электростанции, мосты, больницы.

12 апреля 1999 года самолёт НАТО по ошибке разбомбил пассажирский поезд, убив 20 человек.

Через два дня бомбардировщики атаковали колонну албанских беженцев у Джяковицы, убив более 70 человек. Когда опубликовали запись переговоров пилота, тот говорил, что принял колонну за сербов, «жгущих деревни».

Сербское телевидение RTS показывало кадры последствий ударов НАТО, и это, по словам BBC, «влияет на общественное мнение во всём мире». Тогда Клинтон лично отдал приказ разбомбить телецентр. В результате авианалёта погибло 16 человек, включая 23-летнюю монтажницу Касенью Банкович и ночного техника. Amnesty International назвала этот удар военным преступлением. Премьер-министр Великобритании Тони Блэр оправдывал атаку, говоря, что «без контроля над информацией мы могли бы потерять поддержку». Американские и британские власти позже солгали, заявив, будто RTS использовало оборудование для военных целей. Позже, под давлением, они признали: это была пропагандистская акция.

Генерал Джозеф Ралстон признал: НАТО убило как минимум 1500 гражданских, большинство из них — в результате американских авиаударов.

Газета The Telegraph сообщала, что британские спецподразделения SAS и разведка MI6, вместе с ЦРУ и американскими силами специального назначения, работали с Армией освобождения Косово (KLA), помогая определять цели для ударов НАТО и обеспечивая их разведданными.

По данным Sunday Herald, несмотря на официальные отрицания, британские и американские инструкторы обучали косовских боевиков тактике засад, подрывному делу и военной организации. Им также поставляли лучшие винтовки и электронное оборудование, а пилоты НАТО получали от боевиков указания и «советы с поля боя».

Однако, несмотря на эту помощь, первые удары НАТО только сплотили сербов вокруг Милошевича, и югославские силы сумели нанести серьёзные потери KLA.

«Этнические чистки», миф о геноциде в Сербии, пробуждение Китая

На самом деле, война вызвала временное «очищение» провинции от албанского населения — люди бежали от насилия, а не от систематического изгнания. Наблюдатели ОБСЕ в своём докладе за март 1999 года не нашли признаков этнических чисток, сообщая о столкновениях и бегстве мирных жителей с обеих сторон.

Тем не менее, администрация США объявила, что сербы якобы начали массовое изгнание албанцев после начала бомбардировок НАТО. Помощник Строуба Тэлботта Джон Норрис позже признал: «Администрация знала, что сербы начнут кампанию этнических чисток, если НАТО начнёт бомбить». Полковник Дуглас Макгрегор позже отметил, что первая цель генерала Кларка была «не потерять ни одного своего самолёта», а уже во вторую очередь — «остановить насилие против албанцев».

Журналист Джеймс Бовард собрал заявления американских и британских чиновников времён войны. Они утверждали, что происходит «борьба добра со злом» и что «начался сербский геноцид». Министр обороны Уильям Коэн сказал: « Это война за человечность против зверства, за демократию против деспотии».

Пресс-секретарь Госдепа Джейми Рубин добавил: «Нам не нужно подтверждение, чтобы знать, что совершаются преступления против человечности».

Тони Блэр называл это «битвой цивилизации против варварства». Позже выяснилось, что эти заявления были полностью выдуманы. Генерал НАТО Джузеппе Марани говорил, что сербов якобы заставляли албанцев копать массовые могилы, но позже ни одна из этих «могил» не подтвердилась. После войны ФБР, направленное в Косово для расследования «массовых убийств», не нашло доказательств геноцида.

Фактические данные показали: погибло менее 3 000 человек, большинство — мужчины призывного возраста, участвовавшие в боевых действиях. Следователи ФБР признали, что не нашли ни одной массовой могилы. Международный трибунал позже остановился на цифре 2 788 погибших с обеих сторон — включая сербов, ромов и албанцев. Испанский патологоанатом Эмилио Перес Пухоль заявил: «Мы нашли всего 187 тел. Четыре или пять умерли естественной смертью». Карла дель Понте, прокурор Гаагского трибунала, позже признала: «Мы не нашли 4 000 тел, как ожидалось. Возможно, их вообще не было». Нюрнбергский прокурор Уолтер Роклер добавил: «Югославия, особенно сербы, не нападали на ни одно государство НАТО. А вот НАТО сознательно наносило удары по гражданским целям».

Важная побочная история катастрофы в Косово заключается в том, что 7 мая США разбомбили китайское посольство в Белграде, убив трёх человек и ранив более двадцати. Официальное объяснение заключалось в том, что аналитик ЦРУ использовал неправильную карту, однако некоторые полагают, что сербы передали китайцам обломки сбитого стелс-бомбардировщика F-117, а американцы пытались уничтожить эти остатки, чтобы китайские инженеры не смогли их изучить. Другие предположили, что это было предупреждение Китаю, чтобы тот прекратил поддерживать сербский режим Милошевича.

Независимо от истинной причины, сообщалось, что реакцией Пекина стало начало новой волны революции в военных технологиях — Китай ускорил модернизацию вооружений, стремясь повысить собственные возможности сдерживания американской мощи. Это напоминало его реакцию на видеозаписи точечных авиаударов США в Ираке в 1991 году и во время кризиса в Тайваньском проливе 1995–1996 годов.

Генри Киссинджер жаловался, что безрассудные действия Клинтона поставили под угрозу все американо-китайские отношения, создавая новый постсоветский раскол, который он и Никсон когда-то ловко использовали. Теперь, писал он, соседям Китая приходится выбирать между самой населённой страной мира, имеющей 5000-летнюю историю, и единственной мировой сверхдержавой -Америкой. «Это было всего лишь незначительное сопутствующее разрушение, но оно затронуло двух самых важных игроков на планете», — язвительно замечал Киссинджер.

В ту же ночь, когда США разбомбили китайское посольство, британцы также допустили ошибку: они включили гостиницу «Югославия» в список потенциальных целей и вскоре после этого действительно её разбомбили, убив одного мирного жителя. Газета The Washington Post поспешила оправдать действия союзников, объяснив, что сербский военачальник Желько Ражнатович (Аркан) якобы имел отношение к этому зданию, поскольку владел частью казино, находившегося в отеле.

Премьер-министр Великобритании Тони Блэр, под впечатлением от «успеха» бомбардировок, предложил продолжить военную кампанию НАТО и ввести сухопутные войска в Сербию. Он утверждал, что нужно «завершить начатое» и «принести демократию» сербскому народу.

Однако президент Клинтон, уже испытывавший сильное давление из-за войны, отказался одобрить это. Он понимал, что наземное вторжение спровоцирует прямое столкновение с Россией, которая уже отправила десантников в аэропорт Приштины.

Генерал Уэсли Кларк, командующий силами НАТО, в мемуарах писал, что получил приказ «любой ценой» не допустить конфликта с русскими. Он вспоминал: «Русские прибыли первыми. Британский генерал Майк Джексон сказал мне: “Я не собираюсь начинать Третью мировую войну ради тебя, Уэсли”». С тех пор эти слова стали символом предельного цинизма и усталости Запада. Кларк хотел показать решительность, но именно британцы остановили возможное столкновение.

«Великая Албания», торговля органами и наркотики

После войны Армия освобождения Косово (KLA) не остановилась. Как писал Los Angeles Times, она начала «террористическую кампанию» — похищая, избивая и убивая умеренных албанцев из Демократической лиги Косово (LDK), которые выступали против экстремистов.

Позже боевики KLA, переименованные в «Национально-освободительную армию» (NLA), вторглись в Сербию и Македонию, пытаясь создать так называемое «Великое Косово».

Весной 2001 года Guardian сообщала о «мятеже армии ЦРУ на Балканах», отмечая, что европейские союзники возмущены, так как американцы позволили вооружённым группам пересекать границы и контрабандой поставлять оружие. Washington Times писала, что, по македонским разведданным, Бен Ладен финансировал этих боевиков. Поддержка США продолжалась до конца 2001 года, пока боевики не захватили треть Македонии. После вмешательства американских и британских сил KLA вернулась в Косово.

После терактов 11 сентября, когда по всей Америке проходили поминальные службы, в Косово албанцы отмечали праздником, зажигая свечи в честь Усамы бен Ладена.

Через месяц американская разведка арестовала в Боснии арабов, планировавших атаку на базу США — у одного из них нашли телефонный номер Абу Зубайды, соратника бин Ладена.

Позже выяснилось, что боевики KLA занимались торговлей человеческими органами, извлекая их у пленных сербов и продавая на чёрном рынке. Хашим Тачи, которого Запад поддержал как «нового лидера Косово», был фактически главарём мафии, занимавшимся контрабандой наркотиков, оружия, торговлей людьми и органами живых пленников.

В 2010 году тогдашний вице-президент США Джо Байден называл Тачи «Джорджем Вашингтоном Косово». Однако вскоре Совет Европы опубликовал доклад, обвиняющий его в преступлениях против человечности. В 2020 году Тачи был официально обвинён Гаагским трибуналом.

Согласно данным San Francisco Chronicle, KLA также контролировала большую часть героинового трафика в Европе. Ещё в 1995 году отчёт DEA указывал, что албанские банды финансируют сепаратизм через наркотики. По отчётам Интерпола, до 40% героина в Европе и Северной Америке шло по «балканскому маршруту» из Косово.

Журнал Mother Jones цитировал эксперта Мишеля Кутузиса, который говорил: «От 30 до 50% денег KLA поступают от торговли наркотиками. Они должны наркоторговцам, поэтому вынуждены помогать новым джихадам, например, в Чечне». Несмотря на это, администрация Клинтона не препятствовала, а фактически сотрудничала с этой наркоорганизацией, считая её «полезным партнёром».

После войны Клинтон, как и позже Буш в Ираке, продолжал экономически наказывать Сербию.

Политика США, по сути, была направлена на создание таких условий, при которых сербы сами свергнут Милошевича. Газета Orlando Sentinel писала: «Американские чиновники откровенно заявляют, что цель санкций — сделать жизнь сербов настолько невыносимой, чтобы они свергли своего лидера».

НАТО плохо справлялось с войной: в Вашингтоне считали, что Клинтон должен «расширить Альянс», чтобы он выглядел активным и динамичным. Премьер-министр России Евгений Примаков развернул самолёт над Атлантикой, узнав, что НАТО начало бомбардировки. Это событие стало символом разрыва с Западом. Президент Ельцин в телефонных разговорах с Клинтоном обвинял США в разрушении российско-американских отношений. Он предупреждал: «Вы бомбите не Милошевича — вы бомбите Россию и русских либералов, которые хотят для нашей страны того же, что и вы». Ельцин умолял прекратить бомбардировки, обещая посредничество. Клинтон отказался: «Никаких пауз не будет. Любая пауза — это капитуляция». Эта война окончательно разрушила надежды на союз между Россией и США, оставив после себя глубокое недоверие и ожесточение.

Профессор Майкл Мандельбаум из Школы международных исследований Джонса Хопкинса писал, что война в Косово стала стратегической катастрофой для США. Балканы оказались в худшем положении, отношения Америки с Россией и Китаем были серьёзно подорваны, прецедент, созданный для международного права, оказался дестабилизирующим. 

Мандельбаум — в 1999 году! — писал, что это приведёт к ситуации, когда Россия, например, воспользуется тем же самым оправданием, чтобы вмешаться в ситуацию на Украине, если она сочтёт, что этнические русские там подвергаются притеснению.

«В то время как расширение НАТО вызвало возмущение в российском политическом классе, бомбардировки Сербии, по всеобщему мнению, вызвали широкое негодование среди российского общества… и обозначили сдвиг в политике России в националистическом направлении, — писал Мандельбаум. — НАТО начало войну против суверенного государства, которое не нападало ни на одного из его членов, — войну, против которой Россия возражала, но которую Москва не могла предотвратить». 

Косово официально объявило независимость в 2008 году под международным «надзором». Более 4000 сотрудников НАТО, ЕС и ОБСЕ по-прежнему находятся там, а политика Косово до сих пор диктуется из Брюсселя и Вашингтона. Организованная преступность процветает — центр её по-прежнему связан с героином и торговлей людьми. За четверть века Западу так и не удалось построить функциональное государство.

Журналистка Carlotta Gall (New York Times) писала в 2016 году: «Война превратила Косово в очаг экстремизма. Саудовские деньги сделали из умеренных мусульман ваххабитов».

Многие старинные православные храмы и монастыри были разрушены как «идолопоклоннические». К 2016 году косовская полиция выявила 314 граждан, выехавших воевать за ИГИЛ — на душу населения больше, чем где-либо в Европе.

Нефтяные войны и конфликты на Кавказе

После распада СССР США начали активно осваивать месторождения Казахстана и Азербайджана. Пакистанский журналист Ахмед Рашид ещё в 1997 году назвал происходящее «новой Большой игрой» — борьбой великих держав за контроль над трубопроводами из каспийского региона.

В 1993 году британская BP и американская Amoco при поддержке Запада организовали переворот в Азербайджане, свергнув демократически избранного президента Эльчибея и приведя к власти Гейдара Алиева, бывшего советского партийного функционера и офицера КГБ. Эльчибей был прозападным либералом, но его быстро устранили, а США и Британия закрыли глаза, потому что хотели вытеснить Россию с каспийского нефтяного рынка.

Алиев подписал с BP многомиллиардные контракты, а позже заключил ещё на $13 млрд сделок с западными компаниями.

Американские нефтяные корпорации хотели провести трубопровод через Иран или Россию — это было бы дешевле. Но израильское лобби и неоконсерваторы в Вашингтоне настояли на политике «двойного сдерживания» — одновременного противостояния и Ирану, и Ираку.

В итоге трубопровод решили проложить на запад, через Кавказ — проект Баку–Тбилиси–Джейхан (BTC). Он позволял доставлять нефть из Каспия в Турцию, минуя Россию и Иран. Вашингтон рассматривал этот проект как способ обойти российское влияние и привязать Закавказье к НАТО.

Советник Бжезинский прямо говорил: «Независимые государства Каспия должны быть интегрированы в западные энергетические сети. Это единственный способ не дать России восстановить империю».

В начале 1990-х, чтобы помочь новому режиму Алиева, США начали оказывать поддержку Азербайджану в войне против армянского анклава Арцах (Нагорный Карабах). Эта война (1992–1994) унесла около 30 000 жизней. После 2020 года Азербайджан при поддержке Турции вновь «очистил» регион от армянского населения. США при этом поддерживали Баку, а не Ереван, несмотря на то что Армения имела демократическое правительство. Вашингтон также финансировал афганских боевиков, воевавших на стороне Азербайджана.

Часть этих наёмников позже участвовала в терактах против самого Алиева.

В 1996 году аналитик Ариэль Коэн из Heritage Foundation опубликовал статью «Новая Большая Игра: нефтяная политика на Кавказе». Он писал, что борьба Запада и России за нефть в Евразии «решит, кто будет контролировать мировой энергетический рынок XXI века». Цель США — лишить Россию монополии на транспортировку нефти и газа, создавая альтернативные маршруты через Турцию и Грузию.

Министр энергетики США Билл Ричардсон в 1998 году сказал: «Это вопрос национальной безопасности. Мы хотим, чтобы каспийская нефть шла на Запад, а не к тем, кто не разделяет наши ценности».

Администрация Клинтона также рассматривала проект газопровода через Афганистан — от Туркменистана в Пакистан. Этот маршрут должен был пройти через территорию, контролируемую талибами, и Вашингтон закрыл глаза на поддержку движения со стороны Саудовской Аравии и Пакистана. Американская компания Unocal участвовала в переговорах о строительстве трубопровода и даже финансировала миссии в Кабуле. После терактов и падения цен на нефть проект свернули, но идея осталась — связать Среднюю Азию и Южную через маршруты, обходящие Россию и Иран.

В 1997 году США создали блок ГУАМ (Грузия–Украина–Азербайджан–Молдова), чтобы отрезать регион от России. Россия видела в этом «новый анти-российский осевой проект».

Позже профессор Пол Роджерс предупреждал, что военная экспансия НАТО в каспийском регионе воспринимается Москвой как прямое вмешательство в её историческую зону влияния.

К 2003 году Гейдар Алиев умер, власть перешла к его сыну Ильхаму, который удерживает её до сих пор. Выборы были сфальсифицированы — результаты объявили ещё до голосования. Наблюдатели ОБСЕ осудили выборы, но администрация Буша поздравила Алиева с победой. Газопровод BTC продолжает работать — нефть течёт на Запад, а демократические принципы остались за бортом.

Во второй части — отрывки глав о войнах, цветных революциях на территориях постсоветских республик, Майдане и шансах на мир.